Скандал вокруг высказывания Дайан Эбботт о расизме
В начале 2012 года британская политическая сцена оказалась в центре громкого спора, связанного с депутатом Лейбористской партии Дайан Эбботт. Парламентарий, одна из наиболее заметных чернокожих женщин в британской политике, была вынуждена публично объяснять свои слова и приносить извинения после сообщения в Twitter, которое многие сочли оскорбительным по отношению к белым людям.
Поводом для публикации стало обсуждение судебного процесса по делу об убийстве Стивена Лоуренса - чернокожего подростка, погибшего в Лондоне в 1993 году на расовой почве. 4 января 2012 года Гэри Добсон и Дэвид Норрис, признанные виновными в преступлении, получили 15 и 14 лет лишения свободы соответственно. Дело считалось одним из самых резонансных примеров расового насилия в современной истории Великобритании.
На вопрос о том, насколько представители африканского и карибского происхождения способны объединяться в подобных ситуациях, Эбботт ответила, что белые якобы любят использовать стратегию "разделяй и властвуй", а чернокожим не следует поддаваться на такую тактику. Запись сопровождалась хэштегом, отсылавшим к колониальному прошлому, а вскоре после появления в микроблоге была удалена.
Именно формулировка сообщения вызвала широкую критику. Обсуждая тему "Дайан Эбботт и расизм", комментаторы отмечали, что публичный политик не может делать обобщения по расовому признаку, даже если пытается привлечь внимание к исторической несправедливости или проблемам дискриминации.
Недовольство выразили не только представители оппозиционных сил, но и однопартийцы Эбботт. Консерватор Надим Захави заявил, что в благополучном обществе не должно быть места никаким проявлениям расизма - независимо от того, против какой группы они направлены. Премьер-министр Дэвид Кэмерон призвал депутата либо немедленно извиниться, либо отказаться от парламентского мандата.
Под давлением критики Дайан Эбботт принесла извинения всем, кого могла задеть ее публикация. Она признала, что использованная формулировка могла быть воспринята как обобщение в отношении всех белых людей. При этом политик подчеркнула, что не стремилась оскорбить кого-либо и хотела говорить о последствиях колониальной политики и расовых конфликтов.
Случившееся стало примером того, насколько быстро короткая запись в социальной сети способна перерасти в политический кризис. В начале 2010-х годов Twitter уже активно использовался британскими парламентариями, однако правила публичной коммуникации в социальных сетях еще только складывались. Одно неосторожное выражение могло мгновенно получить национальную огласку и стать предметом обсуждения в прессе.
История также показала сложность разговоров о расовой дискриминации в Великобритании. С одной стороны, дело Стивена Лоуренса вновь напомнило обществу о масштабах расизма и недостатках работы правоохранительной системы. С другой - реакция на слова депутата подчеркнула, что борьба с предубеждениями не может строиться на новых обобщениях и противопоставлении людей по цвету кожи.
Тема "чернокожий депутат Великобритании и расизм" получила особый резонанс еще и потому, что Эбботт сама на протяжении многих лет выступала против дискриминации. Ее критики утверждали, что статус борца за равноправие не освобождает политика от ответственности за собственные публичные формулировки. Сторонники же считали, что скандал следует рассматривать в контексте эмоционального обсуждения дела Лоуренса.
Дайан Эбботт была одной из самых известных фигур Лейбористской партии. В 2010 году после ухода Гордона Брауна ее называли среди кандидатов на пост лидера партии, однако в итоге руководство досталось Эду Милибэнду. Поэтому "скандал с Дайан Эбботт" имел последствия далеко за пределами одной записи в Twitter: он затронул вопросы партийной дисциплины, политической ответственности и допустимых границ высказываний.
В британских СМИ того времени активно обсуждались и "оскорбительные высказывания Дайан Эбботт". Хотя депутат удалила сообщение и попыталась уточнить свою позицию, спор продолжился. Для многих наблюдателей ситуация стала иллюстрацией того, что расизм в британском парламенте воспринимается как недопустимый вне зависимости от происхождения человека, который допускает спорные слова, и от того, против какой этнической группы они направлены.
